Category: общество

Category was added automatically. Read all entries about "общество".

хм...

"О чем мне потом пришлось пожалеть" (5)

Удивительно получилось. Практически на любую тему у меня есть всякие разные рассказы -- у меня было наполненное событиями детство, потом такая же юность, да и сегодня, в общем и целом, жизнь постоянно удивляет меня своими вывертами. Но именно эта тема для меня невероятно сложная -- я, в общем и целом, почти никогда ни о чём не жалела. То, о чём действительно жалела, настолько личное, глубинное и нутряное, что его не вытащишь на публику ни за что, да и не надо, наверное.

Но я попробую подойти иначе.

Вот, к примеру. В четыре года я влюбилась навсегда в мальчика Антона. Ему было семь лет, он был прекрасен, любовь случилась сразу и навсегда. О чём я ему, конечно же, незамедлительно сообщила. Я сказала: Антон, я тебя люблю и ты на мне женишься. И это не было поводом для обсуждения, это, с моей точки зрения, было неким практически свершившимся фактом. Каково же было моё удивление когда он отказался. Не обосновывая, ничего не объясняя. Просто сказал -- нет, не женюсь. И я, конечно, ужасно пожалела о том, что вообще ему об этом сказала. Но я уже сказала, он отказал и надо было что-то с этим делать. Тогда я и мой ближайший друг Валерка, четырёх лет от роду, мой верный рыцарь, которого я никогда не воспринимала в качестве потенциального жениха (как же его воспринимать, если ему всего четыре и что он вообще понимает в жизни) решили его наказать. Потому что так нельзя. В то время я уже хорошо читала и моими любимыми книгами были приключения: Рид, Купер, Лондон, Сабатини. На нашем тайном заседании мы долго думали над тем какое конкретно наказание соответствует такому проступку. И придумали, конечно: привязать к дереву, снять скальп, разложить ветки, сжечь и пусть потом идёт домой и осознаёт свою вину. Для снятия скальпа я принесла ножницы. Сначала всё шло по плану: мы поймали, привязали, красиво разложили ветки под ногами (очень похоже на иллюстрации), я достала ножницы и начала суд: дорогой Антон, начала я, но не успела продолжить -- Антон начал кричать благим матом. Он так громко кричал, что на балкон вышла его бабушка. Охнув, она исчезла с балкона и, минуты через две, на балконе этажом выше, появилась моя бабушка. Спокойно оценив обстановку, она ласково попросила меня отвязать Антона и вернуться домой. Там мы долго разговаривали. Бабушка объясняла мне про адекватность наказания, про проступки, про вину, про древние обычаи. Больше я ничего такого в жизни не пыталась.

Или вот, к примеру. Когда мне было восемь, я украла в зооуголке морскую свинку. Она казалась невероятно несчастной. Она одиноко сидела в клетке, тёрлась розовым мокрым носом о мою ладонь и всем своим видом показывала, что была бы счастлива, если бы я её оттуда забрала. Я принесла свинку домой и она немедленно начала бегать по квартире и всё обнюхивать. Она посидела на кровати, перебежала на кресло, попыталась обустроиться на кухне, но, в конце концов, нашла для себя место: на низком шкафчике для обуви, в коридоре. На самой крышке -- там, куда мы обычно складывали шапки. Я была счастлива. Я сидела рядом со свинкой и мне ничего больше не надо было. На следующий день моё счастье закончилось. Собираясь на работу, папа, не замечающий ничего, думающий только о своих проектах, схватил несчастную свинку и нахлобучил её на голову вместо шапки. Я пыталась что-то сказать, но папа так быстро выбежал, что я не успела. Он очень скоро вернулся, держа свинку в руках: что это? Я объясняла как ей плохо в зооуголке, я убеждала, я говорила. Свинка не виновата, что он её надел -- не она же на него прыгнула, в конце концов! Но я проиграла: свинку пришлось отнести в зооуголок и долго объяснять учителям, что я не со зла, просто ей там, на мой взгляд, плохо. Я бы, наверное, жалела бы обо всём этом, но не могу: после этого случая в зооуголке поменяли все клетки на новые, там стало намного больше дежурных, звери стали веселее (их даже выпускали из клеток и с ними можно было играть), но, самое главное, родители принесли собаку. Настоящую собаку -- мою, мне! И она, конечно, была совсем не похожа на свинку, но она была прекрасная.

И как же не вспомнить как я впервые решила учить английский. Я жила в кибуце и вокруг были волонтёры -- отовсюду. И, конечно, они прекрасно владели английским, а у некоторых это вообще был родной язык. Я тогда знала немецкий (который сегодня совсем забыла). Один волонтёр из Голландии, с которым мы общались на немецком, согласился меня учить. Он был старше меня лет на пять и немного флиртовал со мной. Впрочем, тогда я этого совершенно не понимала. Он сказал: я буду учить тебя английскому, но с одним условием. Вот прямо сейчас, вон там -- вечеринка. И, в виде первого урока, ты туда зайдёшь, встанешь в центре и скажешь: I have beautiful eyes! И это будет первая твоя фраза. Он объяснил, что ничего в ней плохого нет, что он переведёт мне её сразу после того, как я это сделаю. Я зашла, встала в центр комнаты и громко и чётко сказала: I have beautiful ass! Тут следует добавить: кибуц, в котором происходило дело, был религиозным. Люди там были крайне скромные и ни о чём таком вслух не говорили. В комнате воцарилась тишина, которая через минуту превратилась в громкий смех. Мне, конечно, потом объяснили. Я невероятно смутилась: ну вас всех, вообще жалею, что согласилась. Английский, кстати, я тогда так и не выучила, а выучила несколько лет спустя -- понемногу смотря фильмы без перевода.

Иногда мне кажется, что я ни о чём не жалею. И вовсе не потому, что не ошибаюсь. Ошибаюсь постоянно, принимаю какие-то решения, оступаюсь, падаю. Потом встаю и иду дальше -- там, дальше, слишком много всего интересного.

Город, в котором я больше не живу (3)


"В Ленинграде-городе у Пяти Углов получил по морде Саня Соколов."


У японцев есть специальное слово 懐かしい (натцкаши), которое очень трудно перевести на другие языки. Оно обозначает чувство горько-сладкой ностальгии, когда, например, возвращаешься в дом к постаревшим родителям и в кладовке натыкаешься на любимую детскую игрушку. Или когда идешь вдоль океана по длинному пляжу, где когда-то бегал на пару с давно умершей собакой. Или даже вкус шоколадного мороженного с орехами за 28 копеек. Поэтому город, в котором я больше не живу, так и называется Натцкаши. По странному обстоятельству моего рождения некоторые из его улиц и домов сейчас находятся в России.

Если выйти из парадного, повернуть направо и пойти по улице Рубинштейна, то выйдешь на Невский, как раз напротив ЗАГСа, где расписывался БГ. Тут надо повернуть налево, и мимо туристов, фотографирующих яйца коней Клодта, перейти через Фонтанку. На углу с другой стороны - булочная. Из нее пахнет бородинским хлебом, но сейчас некогда, да и денег нет. До Дворцовой площади еще минут двадцать ходьбы. Можно, конечно, продолжать идти по Невскому, но там на стене большая надпись: "При артобстреле эта сторона улицы наиболее опасна." Я не помню, откуда взялась эта традиция обстреливать из орудий Невский проспект. Говорят, она была всегда и сохраняется до сих пор. Люди привыкли и ходят, не обращая внимания. Я не буду рисковать и сверну в проходные дворы; через Капеллу проскочу к Зимнему. Там, в Эрмитаже у меня свидание с голой женщиной.

Если бы я в школьной тетрадке нарисовал голую женщину, то наша классная - учительница русского и литературы - вырвала бы страницу и вызвала бы в школу моих родителей. "Ваш сын рисует пахабные картинки," выговаривала бы она маме со своим московским акцентом. Она говорила "пахабные" через "А" и морщилась, как будто бы у картинки был ужасный запах.

А в Эрмитаже было много голых женщин. На них никто не морщился, и даже мне мальчишке-шестикласснику разрешалось на них свободно смотреть. Весь Эрмитаж был территорией свободы пространства и времени. Например, там можно было наткнуться на средневековых конных рыцарей в кованных латах; на гробницу фараона; на любительницу абсента Пикассо; на экзотических туземцев Гогена. Но больше всего мне нравилась женщина с картины Питерa Пауля Рубенса "Союз Земли и Воды." Во-первых, она была голая и красивая. Во-вторых, меня поражало, что серую, грязную землю можно придумать нарисовать телесно-розовой, полнокровной женщиной. Старый козел Нептун стоял рядом с ней и откровенно хотел жениться.

В заэрмитажном Ленинграде иногда тоже случался союз воды и земли. В июне-июле было несколько жарких дней, и жители вылезали на узкий пляж возле Невы погреть свои сине-белые тела. Девушки в купальниках сидели на берегу, и я представлял себе, что выскочу из воды, как Нептун, и напугаю их так, что они сразу выйдут за меня замуж. Но по сравнению с картиной, ленинградское солнце оставалось каким-то вялым, девушки были скорее ближе к земле Питера, чем к Земле Рубенса, да и сам я понимал, что мне далеко до загорелого козла Нептуна. Зато в Эрмитаже все было настоящим и красивым. Я ходил туда при первой возможности и наслаждался свободой.

И только через много-много лет, совсем в другом месте, в кафе на ратушной площади немецкого города Аахена я встретил ту женщину с картины Питера Пауля Рубенса. Она сидела напротив меня через несколько столиков. Рядом с ней стояла ваза с фруктами и бокал красного вина. Она улыбалась своему приятелю, который немного загораживал ее от меня спиной. Я смотрел на нее, как Штирлиц на свою жену из Семнадцати Мгновений Весны. Только она не была моей женой, и не смотрела с любовью мне в глаза. Наверное, это было настоящее свидание в Натцкаши, городе где я больше не живу.

Я люблю.

Я люблю жизнь. Люблю все ее составляющие. Бутерброды с колбасой, например. Когда жуешь, жуешь, а потом – сюрприз! – выплевываешь кусок туалетной бумаги.

Люблю смотреть сквозь сигаретный дым на силуэты курильщиков на лестничной площадке. Бывает, крикнешь им весело: «Умрите, наркоманы!» - а они обижаются, глупые… 


Read more...Collapse )

Мнение.

- Капец! - сморщив носик, произнесла Лора, пиар-менеджер компании по изготовлению пластиковых окон. В перерывах между перекурами она любила сидеть на сайте "Афиши" и постить в блоги отзывы о новых художественных фильмах, которые еще не вышли на экраны, но уже - слава пиратам! - висели в "Контакте", отпугивая всех пользователей ужасным качеством видеозаписи. Всех, но не Лору. Ни смазанная картинка, ни чудовищный перевод не могли скрыть от нее сути происходящего на экране монитора. Так, по крайней мере, она считала. Мужественно вглядываясь в дрожащее изображение и вслушиваясь в глухой звук, Лора искала изъяны в режиссерской работе и игре актеров. Найдя, фиксировала их в блокнотике. Затем, основываясь на записях, составляла любительские рецензии. Лора верила: ее критика, основанная на двух высших образованиях, рано или поздно поможет правильному, высоколобому кино сбросить с Олимпа киноиндустрии гламурного цифрового ЗD-подонка. Надо только достучаться до тех, кто ходит в кинотеатры. И Лора стучала - без устали, несмотря на косой взгляд начальницы, - стучала по клавиатуре, высказывая свое мнение по поводу свежей глазированной продукции зарубежной "фабрики грез". Понимая, что пишет для обывателя, девушка часто сокращала свой отзыв до пары коротких, но ёмких слов.


Read more...Collapse )

old
  • r_l

Как один наш знакомый пить бросил. Святочный рассказ

- Я, - рассказывал один наш знакомый, человек ученый, пожилой и бывалый, - не пью уже с 1977 года. Read more...Collapse )
- Вот с тех пор я и не пью, братцы. - Завершил свою историю один наш знакомый. - А вы выпейте, конечно!
И мы, конечно, выпили.
Me_2
  • yuriyc

"Ваше благородие, госпожа Чужбина!.."

Глава 1. День Эмиграции: -1.

"...Когда я вернусь, о, когда я вернусь...
Послушай, послушай -- не смейся, -- когда я вернусь,
И прямо с вокзала, разделавшись круто с таможней,
И прямо с вокзала в кромешный, ничтожный, раешный
Ворвусь в этот город, которым казнюсь и клянусь,
Когда я вернусь, о, когда я вернусь..."


Александр Галич "Когда я вернусь..."

Странно, но я соверешенно не помню то утро, хотя прекрасно запомнил все детали вечера и бесконечной ночи.
Первое моё воспоминание -- мы сносим вещи к маленькому автобусу, припаркованному у подъезда. Девочка из квартиры этажом ниже, где жили интеллигентные алкоголики (они ругались между собой и пили, но слушали исключительно Высоцкого, Окуджаву -- никакого блатняка), спрашивает меня: "Куда вы собрались?" "В Америку уезжаем." "Зачем?" Зачем... И тогда, и сейчас, 13 лет спустя, этот вопрос ставит меня в тупик…
Этот же вопрос нам задали на интервью в Посольстве. Родители начали говорить о жизненных проблемах и т.п., на что посольский американец вполне логично возразил что всего перечисленного и в Америке хватает, а посему причиной для эмиграции послужить не может. Тут в разговор встрял я. Рассказал что работаю в МакДональдсе. "Могу," -- говорю, -- "сравнивать наших менеджеров и иностранных, дело приходилось иметь и с теми, и с теми. Так вот, сразу видно, насколько различны их поведение, отношение к работе..." Ну и т.д., в том же ключе. Как ни странно, но именно мой монолог подействовал. Американец заулыбался, указал на нас с сестрой: "Вот! Имненно по этому, ради них, вам и нужно уезжать отсюда." Так нам дали разрешение на въезд в Соединённые Штаты Америки.
ДальшеCollapse )
Я
  • buzika

Машка…

Мы учились с ней в одном классе в последних классах школы. Машка была уникальна. Ни до ни после нее я не встречала такого человека. Девиз Машки по жизни был прост, как пареная репа: «Поиметь так королеву, проебать так миллион». Машка не умела относиться нейтрально к людям: она либо ненавидила человека всей печенкой, либо обожала его всеми фибрами души. При этом она никогда не могла ответить, почему так запал ей в душу один, и с такими пинками от нее отлетает другой человек. Ей кто-то либо очень нравился, либо очень НЕ нравился.

Машка была не красавица. У нее были все атрибуты красавицы, но всем этим атрибутам либо не хватало какой-то маленькой фигулины, либо этой же фигулины было слишком много: высокий рост с выразительной фигурой сочетался с коленчатоногой пластикой богомола, длинные рыжие вьющиеся волосы со сморщенными, невыразительными чертами лица.

Машкины задвигиCollapse )

(no subject)

Марьян Беленький

За жизнь

17 июня 1991 года на перроне киевского вокзала стояла большая толпа. Меня провожали в Израиль. Была там редакция юмористической газеты «Блин», артисты , писатели - много хороших людей. Песни пели, анекдоты рассказывали.
Я уезжал в Новую жизнь, будучи довольно, по киевским меркам, известным, относительно, для советских времен богатым, преуспевающим, и т. д. К тому же здоровым и женатым.
Мог ли я предположить, что уезжал от интересной, веселой, обеспеченной , беззаботной жизни в нищету, горе и одиночество?
Мог ли я, беря деньги в тумбочке, не считая, предположить, что я каждый месяц буду мучительно думать, у кого бы одолжить сто шекелей на проездной, и что я буду делать, если хозяин меня выгонит за неуплату?
Мог ли я думать, что единственным моим уделом в Новой жизни станет мытье задниц выжившим из ума старикам ради куска хлеба?
Так чувствует себя любимый ребенок, у которого внезапно погибли родители и он оказывается в чужой семье, где его попрекают каждым куском и заставляют за всеми мыть унитаз, а торт и фрукты своим детям дают, а ему нет. И он рыдая ночью в подушку,вспоминает папу и маму.
Так чувствует себя человек, которого пригласили в ресторан , и он видит шикарный стол, с хрусталем, цветами и деликатесами. Затем идет звонить по своим делам в холл, а когда возвращается - видит сплошные объедки, все что-то сосредоточенно жуют, потупив взор долу и держа руки за спиной...
Так чувствует себя главный пахан, которого весь лагерь боялся, и вдруг его внезапно опустили и превратили в последнее чмо, и он должен подставлять задницу каждому, кто подойдет.
Мог ли я предположить - после гастролей с Хазановым и Кларой Новиковой, после сольных концертов в киевском театре, что мне придется искать хлеб на мусорках и воровать помидоры на базаре, чтобы с голоду не сдохнуть?
Что моим уделом станет не большой зал Дворца наций в Иерусалиме, а койка в психбольнице, куда я попал после попытки повеситься в чулане для хранения газовых баллонов?
Read more...Collapse )
Рисунок Фи
  • bazuka

ДЕТСКИЕ ИГРЫ ВО ВЗРОСЛУЮ ЖИЗНЬ

(почти исповедь)


У меня проблема.
И тянется она с самого детства.
Мы с моей сестрой Фридой погодки. Но в садик ходили в одну группу. И почему-то в группе Фрида считалась красивой девочкой, а я - умной. Хотя мы были очень похожи. Впрочем, Фрида всегда была дурой. Но сейчас не об этом, а о детской игре "в войнушку".
Кто-нибудь когда-нибудь был в детском садике?
Я не знаю, как там у вас, а у нас в садике "в войнушку" играли так: в игре принимали участие все без исключения мальчики и только 2 (две!) девочки. Роли распределялись таким образом: самый умный и энергичный мальчик - Командир, два менее умных, но не менее энергичных - его адъютанты, все остальные - солдаты. С девочками и того проще: самая умная - Верная Жена Командира и Мать Его Детей, самая красивая - Медсестра.
И кто Вы думаете был Верной Женой Командира?
Правильно - я.
А Медсестрой?
Как ни странно - Фрида.
Поначалу я была горда своим назначением, но очень скоро поняла (на то я и самая умная!), что гордиться мне нечем.
- Мать, - говорил Командир, - я пошел на войну. А ты сиди дома, жди меня и береги детей.
И уходил на войну со всеми своими солдатами и медсестрой, с этой...Фридой. На протяжении всей игры мой Командир доблестно сражался с врагом, получал ранения (он как будто специально лез под пули, идиот!) и был неоднократно обработан и перевязан этой неумёхой Фридой. И только в финале игры мой Командир, бесстыжий, возвращался домой. Причем, уже ни на что не годный, вконец перевязанный и поддерживаемый под руки одним из адъютантов и этой...Фридой.
И знаете, что он мне говорил?
- Мать, - говорил мой Командир,- мы победили. Неси котлеты.
И всё.
Ни там тебе "соскучился", ни "мне так тебя не хватало". Я уже не говорю о том, что он ни разу не спросил о детях!
И вот уже тогда, под столом (воображаемый дом), в ожидании своего игрушечного командира, помешивая суп из шишек и песка, бросая завистливые взгляды в сторону боевых действий, я приняла решение быть только Медсестрой.
И ни за что - Женой!
Когда я стала взрослой, то пошла и выучилась на медсестру. Настоящую. Чтобы уж наверняка. Командиры как-то всё не попадались. Так... младший командирский состав.
Шло время... И вот (о, счастье!), я встретила настоящего Командира (читай - Мужчину Моей Мечты). И я стала его Медсестрой (читай - любовницей). Сбылась мечта идиотки! То, что Командир к тому времени успел обзавестись женой и детьми, меня не смущало. Я-то знала, что к ней он будет приходить только за котлетами. И действительно, большее время мой Командир - со мной. Но оказалось, что есть ещё выходные, отпуска, дни рождения детей и прочие радостные события в его командирской жизни, не имеющие ко мне никакого отношения. И опять я время от времени сижу "под столом" (читай - в собственной, дочиста вылизанной квартире) и жду своего Командира.
Для полноты картины немного о Фриде. Вышла замуж (хватило таки ума!). Нет, не за Командира. Так, инженер, ничего особенного. Но любит её безмерно. А в любовниках у этой...Фриды, кто бы вы думали? Правильно - Командир (читай - Потрясающий Мужик). Хотя, ей-то всё равно, этой...Фриде - что командир, что ефрейтор.